Чистая натура

У Сильвио Денца практически нет времени. В разгаре подготовка к 100-летнему юбилею мануфактуры Lalique. Но он все же отправляется с нами в Эльзас, в Винжен-сюр-Модер, в путешествие по эпохам хрустального искусства. При этом обнаруживается, насколько прозрачность материала соответствуют натуре этого человека.

   

Вполучасе езды на север от Страсбурга, в Швиндратцхайме, где надо заплатить за проезд по автомагистрали, на указателе только одно направление: на Париж! Но до него еще около 500 километров. Если перед Вами выбор: Париж или куда-нибудь еще в мире, Вы, может быть, отправитесь во французскую столицу. Правда, как мы позже узнаем от Сильвио Денца, в Париже можно найти все, но Францию — редко. Страна, она за пределами столицы. Особенно это ощущается в граничащем с Германией регионе Эльзас. Париж остается Парижем, Швиндратцхайм лежит позади, а мы направляемся в природный парк Северные Вогезы, в Винжен.

Парижанин Рене Лалик, ювелир, художник и ремесленник, 100 лет тому назад приобщил Винжен к современности и промышленному развитию. Через много десятилетий швейцарский инвестор Сильвио Денц не дал распродать наследие династии Лалик. Затем он обогатил его эксклюзивными изделиями, открыл звездные рестораны и музей с самой большой в мире коллекцией винтажных флаконов для духов. Он неустанно работает над тем, чтобы знаменитое имя Lalique приобрело мировую известность. Стало брендом, в котором отражаются амбициозность и качество, дизайн и искусство. «Роскошь как стиль жизни, — говорит 64-летний Денц, — но важно, чтобы было не только дорого и эффектно. Залог успеха — качество. Чем эксклюзивнее, тем лучше».

Марка Lalique имеет свыше 700 магазинов и шоурумов, более 30 собственных бутиков в Париже, Лондоне, Беверли-Хиллз, Москве, Гонконге, Бейруте или Ташкенте — и, конечно же, в Винжене, посреди хвойных лесов предгорья Вогезов. Всего несколько шагов, и мы будто переносимся на сто лет назад. В дальнем производственном помещении работает печник Оливье Петри. Излучая спокойствие мастера дзэн, он бережно гладит поверхность шести глиняных печей. «Одна печь служит четыре месяца, — объясняет он, — а затем в буквальном смысле выгорает, и я создаю следующее поколение».

Lalique — классическая мануфактура, здесь живет традиционное прикладное искусство. В цехе пять человек постоянно передвигаются между стекловаренной печью, горячим сердцем мануфактуры с температурой 1 200 градусов, и утопленной в полу печью отжига. Каждые несколько минут Марсьяль Рини берет от своего коллеги со стеклодувной трубкой раскаленную стеклянную массу и специальными ножницами отрезает заготовку. Работа, требующая высокой концентрации, как часовой механизм.

250 сотрудников ежегодно изготавливают, упаковывают и рассылают более полумиллиона уникальных изделий ручной работы. Ювелирные украшения и флаконы для духов, предметы интерьера и декора — хрустальные люстры, вазы, инкрустации для мебели — здесь нет предела фантазии. На некоторые изделия уходят сотни часов труда.

Традиция:
20 лет Сильвио Денц ездит на Porsche 911 Turbo S, неизменно черного цвета. Построенную в 1920 году Villa René семейства Лалик в Винжен-сюр-Модере он превратил в изысканный ресторан.

Начиная с 2008 года Денц инвестировал более 25 миллионов евро в Винженскую мануфактуру. Здесь выросла производительность, но, прежде всего, значительно повысилось качество. «Мы не хотим выпускать десять миллионов единиц продукции. Каждое наше изделие уникально. Даже если некоторые из них похожи, в каждом есть отличие. Мы передаем следующим поколениям техническое мастерство и продолжаем традиции».

В свое время Рене Лалик начал промышленное производство флаконов для духов. Заводы в Эльзасе были загружены работой на годы вперед. Приобретая в 1994 году семейное предприятие Lalique, парижская компания по упаковке косметики Groupe Pochet надеялась на синергетический эффект. Но, как понял Сильвио Денц через полтора десятка лет, будущее не за массовым производством, на которое делал ставку Рене Лалик, а за эксклюзивностью. Денц — приятный собеседник. Он не любит громких слов и показуху, лично договаривается о своих встречах. Для него важен прямой контакт. Когда он возглавил компанию Lalique, тогдашний директор в Париже настаивал на жесткой иерархии управления со строгой цепочкой передачи указаний сверху вниз. Однако обратно, снизу вверх, информация шла вечно. Денц внедрил свой стиль руководства, основанный на сотрудничестве, и директор пожаловался: «Вы подрываете мой авторитет!» Тогда Денц распустил все правление. «Я — командный игрок. Я убежден, что совместными усилиями мы можем добиться гораздо большего. Мне все равно, кто из наших 720 сотрудников предоставит мне информацию, я просто хочу, чтобы меня информировали быстро и компетентно».

Мануфактура:
Жидкое стекло из стекловаренной печи в специальных формах приобретает оригинальный облик. Литые шаблоны появляются на свет с помощью долота, молотка и умения мастера.

За обедом в Château Hochberg в Винжене — третьем ресторане изысканной кухни, который открыл Денц наряду со звездными ресторанами Villa Lalique и Château Lafaurie-Peyraguey в Бордо — предприниматель рассказывает о своем отце. Семья была небедной, но и небогатой. Как Денц стал успешным мультибизнесменом, которым он является сегодня? «Мой отец говорил: „Языки открывают все двери в жизни. Если ты не знаешь языка, люди смогут тебя обманывать“». Поэтому Денц выучил английский в Милуоки, французский в Лозанне и начал типично швейцарскую карьеру банкира в кантональном банке в Базеле. В семейный бизнес он попал скорее случайно — и превратил фирму из восьми человек в парфюмерную сеть Alrodo с 800 сотрудниками. Если спросить его, что нужно для успеха, он назовет традиционные качества: солидное образование, усердие и упорный труд. Вместо «смелости» он использует термин «просчитанный риск». При этом неважно, инвестируете вы в виноградники в Бордо или в шотландский виски.

В 2008 году компания Lalique была убыточной. Денц хорошо разбирался в парфюмерном бизнесе и сразу понял: «Оборота восемь миллионов евро за продажу духов недостаточно. Только если удастся удвоить или утроить его, мы сможем стать прибыльными. Сегодня наш оборот выше в четыре раза. Парфюмерный бизнес — это наша основа».

Филигранная элегантность:

Филигранная элегантность:

Флакон Fleurs parisiennes высотой 7,3 сантиметра Рене Лалик создал в 1929 году для парижской фирмы Worth.
100 лет тому назад Рене Лалик основал в Эльзасе стекольную мануфактуру. Сегодня Сильвио Денц хранит наследие, идя на разумные изменения.

Стратегически мыслящий бизнесмен видит и использует возможности, комбинирует вещи, которые на первый взгляд не сочетаются. Сильвио Денц не интересовался ни виски, ни хрусталем. Но его увлечение флаконами для духов открыло перед ним новые возможности бизнеса. Денц признается: «Изначально я совсем не хотел брать на себя руководство хрустальной мануфактурой Lalique, а виски вообще в планах не было. Но потом мой клиент Макаллан рассказал мне, что виски, хранящегося в старых бочках, становится все меньше и меньше, а он хочет удержать высокие цены. Хорошо, что мне принадлежало производство хрусталя — мы повысили цену за счет бутылки. В 2003 году мы продали первую за 5 000 долларов». Сегодня Lalique разливает виски в хрустальные бутылки, которые давно стали объектом коллекционирования и стоят до 70 000 евро.

Увлечение изысканными флаконами для духов открыло новые возможности бизнеса и привело к созданию коллекции.

Деньги? Богатство? Денц отмахивается. Деньги ему нужны, чтобы платить зарплату своим сотрудникам. Развивать бизнес. Чтобы его уважали в обществе. «Когда ты в списке богачей, тебя оценивают по твоему материальному состоянию». Но не в деньгах счастье. «Ты отправляешься на Мальдивы и думаешь, что будешь счастлив. Но тебе попадается плохая еда, и у тебя начинается диарея. Счастье не купишь, настоящее счастье это чувство внутреннее».

Это звучит почти как у богослова Кальвина. Тот факт, что Сильвио Денц чурается излишней публичности, что в его жизни абсолютно отсутствуют скандалы, создает образ дисциплинированного бизнесмена. Но за этим скрывается душа скромного эксцентрика. У Денца есть права пилота и удостоверение дайвера (высшего уровня), уже 20 лет он водит Porsche 911 Turbo S, сейчас четвертый по счету, но неизменно черного цвета. Porsche Panamera ждет его в Бордо. Он подумывает о Taycan в качестве еще одного спорткара. Если во флаконах для духов он ценит женскую изысканность, то в своих Porsche — мужскую мощь.

«Важен баланс противоположностей. Даже счастье ты можешь по-настоящему оценить только после неудачи». Деловитость Денца уравновешивают его увлечения: архитектура и искусство. Он сотрудничает с Элтоном Джоном, Дэмьеном Хёрстом, художником по свету и тени Джеймсом Терреллом, он работал с Захой Хадид, Анишем Капуром и многими другими. Он убедителен в своей напористой и одновременно подкупающей манере общения. Ему веришь на слово, когда он говорит: «Я работал до 24 лет. А последние 40 лет занимаюсь тем, что приносит мне радость». Сюда безусловно относится любовь к французской провинции и традиционному колориту в Винжене — вдали от Парижа и по другую сторону от Швиндратцхайма.

Jo Berlien
Jo Berlien
Похожие статьи

Данные о потреблении

  • 11,3 л/км
  • 257 г/км

911 Turbo S Cabriolet

Fuel consumption / Emissions
расход топлива в городe смешанный цикл 11,3 л/км
выброс CO2 смешанный цикл 257 г/км